Автор: Нина-Мари
Название: Фотографии
Фендом: Naruto
Персонажи: Хатаке Какаши и фотографии
Жанр: драббл, агнста немного
Рейтинг: G
Дискламер: отказ от прав
Размещение: подпишите меня как автора и размещайте, с ссылкой на первоисточник.
Саммари: для многих людей фотографии – это символы прошлого. А что они означают для вас?

Дверь. За ней квартира.
Он не часто здесь бывает, только в промежутках между миссиями. Неаккуратно застеленная постель. Прикроватная тумбочка. Стол. Холодильник. Небольшой комод. Все самое необходимое. Ничего лишнего.
В этой квартире есть лишь две яркие детали, которые, словно лучики света, пронзают весь мрак и грусть этой комнаты.
На прикроватной тумбочке стоят деревянные рамки. Их всего две. Две фотографии. Для него они символы прошлого и настоящего.
На первой, выглядевшей довольно старой и потрепанной, изображено четыре человека. Светловолосый молодой мужчина со сверкающими голубыми глазами и трое детей. Темноволосый, взлохмаченный паренек, светловолосая улыбающаяся девочка, а между ними стоял мальчишка с пепельными волосами и в маске, закрывающей почти все лицо, оставляющей открытыми только черные глаза.
Эта фотография – символ прошлого. Здесь он еще молод, еще всего лишь Геннин но уже серьезен. Рядом с ним люди, которые много для него значили. Которые больше никогда не вернутся.
На второй, совсем новой, тоже засняты четыре человека. Молодой мужчина с пепельными волосами и в маске, закрывающей почти все лицо, оставляющей открытыми только черные глаза, розоволосая, улыбающаяся девочка, а по бокам двое мальчишек. Черноволосый, черноглазый, серьезный и светловолосый, голубоглазый, на вид легкомысленный.
Это – символ настоящего. Вокруг него люди, которые окружают его сейчас. Всего лишь дети, но так много значат для него. Но, кто знает, может и они однажды оставят его, и больше никогда не вернутся.

Название: Кома
Автор: Нина-Мари ака Темная кукла
Бета: Yumika
Фендом: Naruto
Жанр: местами POV, немного ангста
Рейтинг: G
Персонажи: Наруто, Сакура, Тсунаде, Саске и так далее…
Сюжет: три года из всей жизни – это совсем чуть-чуть, если посудить. Но если ты в это время спал, пока жизнь вращалась за стенами палаты, то это очень много…
Дискламер: все принадлежит Кишимото Масаши-сама, кроме текста ниже
Размещение: подпишите меня, как автора, и размещайте
Состояние: не закончен

Глава первая

Я сплю?
Перед глазами длинный темный тоннель, разделенный на блоки. Края ему почти не видно, только маленькая светлая точка впереди, наверное, самый конец. Свет в конце тоннеля.
Сколько же шагов нужно проделать, что бы добраться до света? Не знаю. Но было бы хорошо узнать. Интересно, что бы на это сказали Сакура-чан и Саске… стоп. Что произошло?
Сакура-чан, Какаши-сенсей, я, Сай… Саске и еще трое неизвестных мне людей. Акацуки. Точнее то, что от них осталось, всего несколько человек. Была битва, это точно. Последнее, что отпечаталось в моей памяти, это сильный толчок и как земля стала уходить из-под ног.

Я… умер?

А Саске? Победил ли он брата? А остальные? Выбрались ли они живые? Забрали ли Акацуки Девятихвостого? Или же его сейчас из меня извлекают?
Жаль, что я не спросил у Гаары, что чувствуешь, когда лишаешься демона. Тогда было бы гораздо проще понять, что со мной произошло.
Я… правда умираю?
Я больше никогда никого не увижу? Ни Какаши-сенсея, ни Сакуру-чан, ни сволочь Сая, ни… Саске… черт… ведь я не могу вот так умереть!

Но я не могу это контролировать. Я ничего не чувствую: ни своих рук, ни ног, ни всего тела… здесь нет ветра, нет запахов, нет тепла… нет ничего, что могло бы подтвердить мою связь с миром живых и то, что я еще не на том свете.
Но, раз нет подтверждения, значит я действительно там? Вернее, здесь. Но тут никого и ничего нет, кроме меня и этого чертового тоннеля. А может, это все враки? Про загробную жизнь и про то, что после смерти мы можем встретиться с теми, кто умер до нас? А жаль… я бы хотел встретиться со стариком Хокаге… и с Хаку… и с Йондайме… думаю, если бы это было правдой, то и умирать было бы не страшно. В конце концов, все мы окажемся там, рано или поздно…

Мне всегда говорили, что Хокаге – это герои. Всегда герои. Первый и Второй основали Коноху, а Третий и Четвертый её спасали. У них всех были свои желания, мечты, силы, и все это они вложили в любимое селение. Я решил, что тоже стану Хокаге, тоже вложу душу деревню, буду до конца жизни защищать каждого жителя. Конечно я, даже будучи ребенком, знал, что этой цели не легко добиться, но все равно не сдавался.
«Герои никогда не погибают своей смертью… они умирают в бою… а я не хочу быть героем» - так сказала как-то бабка Тсунаде в сильно подвыпившем состоянии. Потом, когда протрезвела, сказала, что бы я не прислушивался к ней, когда она в таком состоянии, но я все равно запомнил эти слова.
Не погибают своей смертью… я умер именно так, в бою, но я не стал героем…
Нет! Я не хочу так легко сдаваться! Мне еще рано умирать! Я еще не стал Хокаге! Есть же еще путь назад, верно? Я еще могу развернуться и пойти обратно, в другу сторону тоннеля, вернуться назад… домой… правда ведь?

- …и установите еще одну капельницу! Я уже не надеялась на это… давайте живее! Мы должны его спасти!
Спасти? Кого? Почему не могу полностью открыть глаза и вижу лишь тени? Свет. Тьма. Свет. Тьма. Что это? Ах, да… меня везут по коридору. Я в больнице. Тут еще со времен Третьего были далеко расставленные друг от друга лампы… свет. Приехали в палату, или, может, в операционную… это значит, спасают они меня. Значит, я жив.
Пока что жив.

Его разбудил резкий звук отодвигаемой двери и тихий, обеспокоенный голос:
- Вы уверены, что он точно придет в себя?
«Кажется, это Сакура-чан»
- Да, уверена. Мы сделали все, что смогли, остальное зависит от него самого и, если учитывать его силу воли, Наруто выкарабкается.
«А это, наверное, бабка Тсунаде»
- Я так рада… наконец-то… мы уже перестали надеяться…
- Терять надежду нельзя, - поучительный тон, она часто так разговаривает с ученицей. – Иначе пациента ты потеряешь точно так же.
- Я поняла.
Он попытался сесть, но тут же со стоном опустился обратно на подушки, но смог немного приподнять веки. Сначала все было похоже на белое расплывчатое пятно без каких-либо границ. Через несколько секунд перед глазами начала вырисовываться стена с окном посередине. Оно тоже было нечетким, но спустя еще пару мгновений стал виден подоконник, ваза с цветами на нем, ширма сбоку, и, наконец, я смог разглядеть Пятую Хокаге и Сакуру. Обе обеспокоено смотрели на него, явно решаясь что-то спросить.
- Привет, - Узумаки улыбнулся. – Почему так странно на меня смотрите?
- Ты… нас узнаешь? – неуверенно спросила Харуно, глядя на друга.
- Ага.
- Можешь сказать, как тебя зовут?
- Узумаки Наруто! Человек, который скоро станет Хокаге!
Наигранная бодрость подействовала на женщин, Тсунаде облегченно вздохнула и Сакура улыбнулась.
- Что со мной произошло? – Узумаки перевел взгляд от одной к другой. – Почему я тут валяюсь?
Куноичи переглянулись.
- Акацуки захватили тебя в той битве и тем небольшим количеством попытались извлечь из тебя Девятихвостого… - произнесла Хокаге. Наруто резко сел, не обращая внимания на мелькнувшие перед глазами яркие пятна.
- Я так и знал! Так и думал, что меня захватили! Но вы меня спасли, да? Ведь когда из Гаары вытащили Шуукаку, он умер, а я жив… сколько я вообще тут лежу?
Харуно осторожно села на кровать около него и положила руку на его ладонь.
- Наруто… только не нервничай, ладно?
- В смысле? Я месяц в сознание не приходил? Два? Три?
Только сейчас блондин заметил глубокие синяки и морщины на лице Пятой, которых не было раньше и их уже не могла скрыть техника. Так же он приметил, как стало тесно груди Сакуры в красной кофте, которую совсем недавно подарил её Узумаки… но ведь за неделю до той битвы она была ей даже большевата!
- Когда мы нашли пещеру, где проводили обряд, они уже извлекали из тебя Кицуне. Так что это… сказалось на твоем здоровье. Все эти… «Генрбю Кью Фууджин» должна была тебя убить, но вместо того, что бы погибнуть, ты погрузился в кому, - Тсунаде отвела взгляд, - …которая продлилась… три года.
- Что?!
- Наруто! Сядь! Тебе может стать хуже! – Сакура вцепилась в его запястье, удержав друга на месте.
- Три… года?..
Наруто поднес руки к лицу. У него никогда не было таких тонких, сухих пальцев. Никогда не было такой бледной кожи. Никогда не было таких длинных, тонких ногтей.
- Дайте мне зеркало, - голос звучит непривычно глухо.
- Но…
- Зеркало! – почти крикнул парень и тут же сбавил обороты, - пожалуйста.
Тсунаде коротко кивнула и вышла из палаты, через минуту вернувшись, неся в руках небольшое зеркальце в деревянной оправе. Узумаки осторожно взял его в руки и вгляделся в свое отражение, пытаясь понять хоть что-нибудь.
«Это не мои впалые щеки… не мои почти безжизненные глаза… не мои выцветшие ресницы… не мои длинные волосы… это не мое, не мое… наверное, чья-то шутка… я не мог проспать три года и не заметить этого! Не мог! Это безумие!»
- …безумие… я не верю в это… - забормотал он выпуская зеркало из пальцев и неожиданно для себя замечая две трубки, идущих от его запястий к капельницам. – Такого не может быть… скажите, что вы пошутили, а?..
- Наруто… - начала Сакура, но он мотнул головой.
- Нет… лучше ничего не говори… я не хочу знать… я лучше… лучше лягу спать… может, когда проснусь, окажется, что я пролежал в больнице пару дней и у меня нет особых сотрясений…
- Ладно, - Хокаге снова кивнула и взяла Сакуру за локоть. – Отдыхай, а мы пойдем. Завтра утром еще придем.

- Что теперь делать, Тсунаде-сама? – Харуно бессильно опустилась на стул в коридоре, сцепив руки в замок на коленях. – Вы уверены, что стоило так сразу ему говорить?
- Да, - твердо ответила женщина. – Иначе потом, когда он позже узнал бы правду, было бы хуже. Успокойся, Сакура. Он сильный человек, он справится…
«…по крайней мере, я на это надеюсь…»

Глава вторая

Опять этот идиотский тоннель? Сколько можно? Я что, опять в коме? Что за фигня?
Мне кажется, или свет стал еще дальше, чем в прошлый раз? И сзади совсем уже ничего не видно… да что происходит?
Шаг… и еще шаг… но это не делает ближе к цели. Почему? Что это вообще за место? Эй! Девятихвостый! Слышишь меня? Ответь! Слышишь?!

Почему молчит? Ведь раньше всегда отвечал… да, друзьями нас назвать сложно… но он откликался… знает ведь, что если я умру, то и он тоже! Минуточку… бабка сказала, что Акацуки вытаскивали его из меня… им это удалось? Они извлекли Девятихвостого?! Но я бы тогда умер по любому! Эй, Лис! Не испытывай мое терпение! Ответь!!!

Нет… его и впрямь здесь нет… исчез… вытащили… но что случилось потом? Надо расспросить бабку, что произошло с Акацуки… и за все эти три года, пока меня… пока я… спал. Но для начала надо выбраться отсюда. Наверное, стоит идти прямо, по тоннелю. Может, добреду до конца и вернусь…

Золотистый, как некогда его волосы, диск солнца медленно бороздил голубое, как три года назад его глаза, небо. Мгновение назад эти глаза были закрыты.
Наруто резко сел, вытянув руку вперед, и только тогда разлепил веки. Он снова был в той же палате, на той же кровати. До сих пор был день, наверное, парень проспал от силы пару часов.
Чувствую нарастающую боль в затылке и позвоночнике, Узумаки аккуратно опустился обратно на подушки и перевел взгляд в окно. Старая рама, выкрашенная белой краской, крепко держала чистое, почти не заметное стекло, сквозь которое хорошо было видно небо. Несколько минут Наруто просто смотрел на безмятежно плывущие облака, которым было плевать и на мир под ними, и на Коноху, и на молодого шиноби, беспомощно лежащего в больничной палате.
«Все-таки мне не понять Шикамару, - вдруг подумал блондин, с трудом оторвав взгляд от окна. – Я не вижу ничего прекрасного и умиротворяющего в этих чертовых облаках. Они существуют сами по себе, независимо от кого-либо, как случайные прохожие, проплывают мимо нас, не обращая ни на кого внимания. Разве это может успокаивать?»
Испустив тяжелый вздох, блондин посмотрел на потолок, потом на стену справа, потом на дверь.
«Сейчас кто-то зайдет, - внимательно прислушавшись, подумал Наруто. – Вот только кто именно определить не могу…»
И правда. Спустя несколько секунд дверь отъехала в сторону и в палату зашла Хокаге.
- Уже проснулся? – осторожно спросила она, подходя к кровати. За ней шли еще две медсестры.
- Ага, - в голосе, как всегда, звучит бодрость, но сейчас она слишком наигранна и не искренна. Узумаки стало противно от этого и он не смог скрыть легкой гримасы.
- Хорошо. Нам нужно тебя осмотреть. Ты можешь сесть?
«Кажется, она и в правду волнуется за меня… никогда бы нет подумал!»
Когда осмотр закончился, парень исподлобья посмотрел на о чем-то говорящую с девушками Годайме.
- Бабуля… - тихо позвал он. Тсунаде кивнула и повернулась к нему. Медсестры удалились, прикрыв за собой дверь.
- В чем дело, Наруто? Хочешь что-то спросить? – голос ласковый… даже слишком. Узумаки это ужасно не нравится. Слишком не привычно, когда с тобой разговаривают, как с тяжело раненым, если ты таковым не являешься.
- У меня к тебе… много вопросов, - стараясь побороть неприятное ощущение внутри себя, ответил он.
- Ну… я думаю, что задавать их тебе нужно не мне, а своим друзьям, - женщина вымученно улыбнулась, и эта смена выражения лица сделала её еще старше. – Я плохо знаю, что сейчас происходило у них…
- Тогда… скажи хотя бы одно… из меня вытащили… Девятихвостого?
Она отвела взгляд и ответила не сразу. Было видно, что Саннин тщательно обдумывает вопрос.
- Мы не знаем, - Саннин медленно покачала головой. – Извини, Наруто, я ничего не могу сказать тебе по этому поводу. К сожалению, Лидер Акацуки все еще в бегах, следовательно, точно ответить на этот вопрос мы не сможем.
- А… я понял… понял. Ладно.
- Отдыхай пока. Тебе нужен сон и покой. Когда ты поправишься, тогда мы и начнем серьезные разговоры, ладно? И еще кое-что… к тебе может прийти Сакура. Пустить её?
- Конечно!
- Я просто подумала, вдруг ты не в том состоянии…
- В том! Пусть приходит!
- Хорошо.
Шиноби лег, слушая, как глухо скрипнула задвигающаяся дверь и как застучали по полу каблуки Тсунаде. Как только её шаги стихли, Наруто откинул одеяло и осторожно вытащил из вен иглы капельниц. Несколько капелек крови с едва слышимым плеском ударились об плитку на полу. Сглотнув, Узумаки осторожно поднялся и схватился за прикроватную тумбочку, что бы не упасть. Конечно, ничего умного в решении сбежать из больницы не было, но блондин не привык поступать так, как глаголет голос истины, предпочитая прислушиваться к тому, что велит его сердце. И сейчас оно говорило, что нечего тут валяться, следует сходить домой, переодеться, и найти ответы на свои вопросы самому.
- Наруто-сан! – в комнату заглянула одна из медсестер, которые только что приходили с Годайме. Узумаки едва успел прыгнуть обратно в кровать и накрыться одеялом. – К вам пришла Сакура-сан и…
- Пусть зайдут! – закивал он, лихорадочно соображая, что делать дальше.
- Тогда они поднимутся через пять минут, - девушка вышла.
«Значит, надо торопиться»
Снова встав на ноги, Наруто, шатаясь, подошел к подоконнику, бросил взгляд на улицу сквозь стекло и усмехнулся.
«Если бы старуха Тсунаде не хотела, что бы я сбежал, то поместила бы меня на самый верхний этаж, а не на первый! Хотя, в моем нынешнем состоянии спуститься даже с такой высоты будет сложновато…»
Открыв окно, парень, цепляясь за раму, осторожно начал вылезать из него. Ни о каком использовании чакры и речи не было, в таком состоянии он даже Хенге сделать не сможет.
Едва не сорвавшись, что в его положении было бы довольно проблематично, Узумаки сумел спуститься на траву и, прячась в тени деревьев, шмыгнул в один из кварталов.
В деревне практически ничего не изменилось, все те же дома, те же улицы, те же магазины, что и раньше. Даже Ичираку Рамен, не пройти мимо которого Наруто просто не мог, не изменился. Конечно, сразу же захотелось зайти и, усевшись на скамейку, заказать рамен, а еще лучше сразу три, но Наруто хватило ума воздержаться от этого поступка, по крайней мере, сейчас.
Еще несколько кварталов, и вот он, до боли знакомый дом. Как можно быстрее, на сколько ему позволяло его состояние, парень подняла по лестнице и остановился у родной двери. Именно сейчас он явственно ощутил свою трехлетнюю изолированность от мира. Все было знакомым и, казалось, недавно виденным, но, вместе с этим, шуткой эта новость уже не воспринималась.
«Ах, черт! У меня же ключей нет, - осенило Узумаки и он с досадой стукнул кулаком по двери. К его безграничному удивлению, она, скрипнув, отворилась. Изумленно посмотрев на неё, как на что-то новое и никогда не виданное, Наруто вошел в квартиру и тщательно её запер. За пятнадцать минут ходьбы по деревне он устал так, словно только что тренировался двое суток без перерывов. Ноги гудели, руки дрожали, голова кружилась. – Похоже, придется отложить поиск ответов на мои вопросы хотя бы до завтра»
Слегка пошатываясь, блондин дошел до комнаты, окинул взглядом запылившееся помещение и замер.
У окна, спиной к нему, стоял человек почти с него самого ростом, только чуть выше. Кажется, он уже довольно давно вот так стоит здесь, глядя в окно. Услышав шаги, он медленно обернулся и…

…Наруто увидел, как, словно застывшее пламя, черный узор охватывает половину его лица, резко контрастируя с белой кожей. Белок левого ока, под влиянием печати, тоже потемнел, а радужная оболочка пожелтела. Только зрачок остался прежним, но это не имеет значения, потому что даже у Орочимару он черный. Взгляд равнодушный, прожигающий изнутри и это ужасно злит.
«Как он может смотреть на меня так! Почему? Я думал… неужели… нет… как ты можешь…»

- Как… - Наруто сделал неловкий шаг назад и едва не упал, споткнувшись о коврик. Человек, наоборот, подошел ближе к нему. В отличие от воспоминания, всплывшего в голове Узумаки, в его глазах не было равнодушия, а на лице – следов проклятой печати.
- Наконец-то ты пришел, - Саске слабо усмехнулся. – Я уже думал, что ты потерялся по пути сюда.

Глава третья

Наруто, цепляясь за стену, опустился на пол, продолжая неотрывно смотреть на Саске.
- Т-ты… - начал он и тут же запнулся.
- Я.
- Саске?.. это ты?..
Учиха тяжело вздохнул и сделал еще несколько шагов к Узумаки. Тот вздрогнул и отполз в сторону, подальше от него.
- Не подходи… - прохрипел он неожиданно севшим голосом. – Не приближайся…
- Наруто…
- Что ты тут делаешь? Ты пришел добить меня? Ты… ты… как ты…
- Наруто!
Учиха быстро присел рядом с ним и, схватив за плечи, резко встряхнул.
- Наруто, успокойся! Я вернулся в Коноху!
- Вернулся? – слабо переспросил блондин. – Когда?
- Три года назад. Если бы я хотел тебя убить, я бы давно это сделал, не стал бы ждать все это время.
- А кто тебя знает, теме? Вдруг ты решил меня помучить?!
- Наруто…
- Отпусти, мне больно.
Саске, спохватившись, убрал ладони с плеч парня и встал, подавая ему руку. Наруто поморщился и, держась за косяк, самостоятельно, но с трудом поднялся на ноги, прошествовал к кровати и, стряхнув с покрывала пыль, улегся на неё. С минуту он изучал комнату взглядом, а потом перевел его в окно.
- Что ты здесь делаешь? – не глядя на Учиху, спросил он.
- Мы с Сакурой пришли к тебе в больницу. Когда зашли в палату, тебя там не было, а окно открыто на распашку. Не трудно догадаться, что ты сбежал. А куда ты мог уйти в больничной пижаме? Естественно домой.
«Он еще и издевается…» - со злостью подумал Узумаки, сжимая кулаки.
- И что? Зачем пришел?
Саске не ответил. Он вообще не пошевелился и не отреагировал ни на слова, ни на грубый тон.
- Зачем ты пришел? – повторил Узумаки. Молчание его не устраивало.
- Ты идиот, Наруто. Каким был, таким и остался, - пробормотал Учиха, прислоняясь плечом к дверному косяку.
- Что ты сказал?!
- Не скачи так на кровати, сомневаюсь, что ты уже поправился. Я сказал, что ты идиот. Ни капли не изменился.
- Да ты тоже, теме! Как был заносчивым ублюдком, таким и остался! Убирайся к черту, тебя ни кто не звал! – заорал Наруто, вставая и едва удерживаясь на ногах. Тело окатила волна жгучей слабости, парализующей конечности.
- Ладно, если так хочешь, я ухожу.
Саске, пожав плечами, вышел из комнаты, а потом и из квартиры. Тяжело дыша, как после бега, Узумаки опустился обратно на кровать и приложил ладонь ко лбу. В голову ударил гнев пополам с отчаянием. Ни одному, ни другому чувству он не мог дать объяснение или характеристику. Все было слишком сложно.
«Он… вернулся обратно… - вдруг твердо подумал он, подняв голову и глядя на закрытую дверь. – На нем была наша бандана… значит он… правда вернулся… почему я тогда вспылил, да еще так?»

Какая тебе разница, каким я стал?
Мне наплевать, что ты там себе думаешь.
Что ты знаешь обо мне, тот, кто никогда не имел родственников?

Эти слова до сих пор звенели в ушах, не давая покоя, причиняя боль. Наруто снял больничную рубашку и подошел к зеркалу. На смуглой коже, на правой стороне груди белел шрам, оставленный Чидори несколько лет назад, в долине Завершения. Он так и не сошел, хотя та рана была залечена Девятихвостым, да и времени прошло не мало.
Узумаки коснулся пальцами своей шеи. На ней не было следов, но то ощущение, когда на ней смыкаются пальцы того, кому ты больше всего доверял, осталось. Тот бой был слишком тяжел для него, что бы просто так забыться. Неприятный осадок на душе все ни как не проходил, грубые слова не стирались из памяти, равнодушные глаза не выкидывались из головы. Наруто хотел ненавидеть Саске за всю ту боль, что тот причинил ему. За то, что предал его, а потом, как ни в чем ни бывало, вернулся обратно в Коноху. За то, что собирался убить его дважды.
Хотел, но не мог. Все-таки, это же Саске. Сволочь, ублюдок, предатель… друг…
Узумаки сел на пол, низко опустив голову. Все тело болело и ни стоять, ни думать он больше не мог. Не было сил даже что бы доползти до кровати. Да и кому нужны теперь эти силы…

«Вот дурак, честное слово»
Саске запустил пальцы в волосы. Жест полностью выражал собой усталость. Он не знал, кого имеет ввиду в своих мыслях. В этой ситуации равноправно на звание «дурак» могли претендовать и Наруто, и он сам.
«Знал же, что он разозлится. Знал, а пришел. Как бы ему только хуже не стало, идиоту. Надо будет все же сказать Сакуре, где он, пусть сходит и проведает»
Учиха зашел в госпиталь. Около приемной стойки Харуно о чем-то обеспокоено разговаривала с Годайме. Впрочем, о «чем-то» не совсем подходящее слово.
- Наруто у себя в квартире, - равнодушно бросил он, усаживаясь на один из диванов, которые стояли в каждом коридоре.
- Саске-кун! Ты был у него? – слегка испуганно спросила Сакура, поворачиваясь к парню.
- Да, был.
- И что?
- Он меня выгнал.
- Как?!
- Просто сказал: «убирайся к черту, тебя ни кто не звал» и все.
Розоволосая странно повела подбородком и обратилась к медсестрам. Тсунаде же устремила взгляд на Учиху, меланхолично рассматривающего свои руки, и, вздохнув, села рядом с ним.
- Он прямо так тебя и выгнал?
- Да, - как всегда, равнодушный голос. Хокаге посмотрела в темные, в любой момент готовые налиться кровью Шарингана, глаза и махнула на него рукой.
- Что ты ему тогда сказал?
- Я сказал, что вернулся еще три года назад, - ответил Саске, давая понять, что не собираясь пересказывать весь разговор.
- Тсунаде-сама, я иду к Наруто. Ему может понадобиться помощь, - Харуно, не дожидаясь ответа, вышла на улицу. Годайме встала.
- За последние полгода слишком много раненых приходит с миссий, если верить статистике, - больше обращаясь к самой себе, чем к Учихе, забормотала она. – Что же это такое творится? Надо будет попросить Шизуне разобраться…
Продолжая разговаривать с самой собой, Тсунаде удалилась. Саске откинулся на спинку дивана и закрыл глаза.

Как был заносчивым ублюдком, таким и остался!

«Значит ли это, что его отношение ко мне ни капли не изменилось за шесть… нет… три года моего отсутствия? Что я сказал при нашем сражении, что он до сих пор не может остыть? Что именно его оскорбило? Черт, я слишком много думаю об этом идиоте»
Машинальным движением брюнет помассировал шею, на том месте, где была и сейчас есть проклятая печать неба. Опомнившись, он отдернул руку.
«Давно пора завязывать с этой идиотской привычкой»